Читаем без скачивания Последний полёт Баклана [СИ] - Сергей Калашников

Начальник их партии, пока Вир вдвоём с пареньком со столичной планеты разворачивал надувное убежище, сумел завести остальных на зелёную лужайку, неожиданно приступившую к поеданию оказавшихся на ней людей. Мужики, только что стоявшие на упруго пружинящей травянистой почве, вдруг стали быстро в эту самую почву погружаться. Естественно, сразу позвали на помощь - сколько ни руби волокнистое мочало - не отпускает эта западня ноги.

Естественно, Вир на крыльях оказался на месте первым, и, ничего не сделав, вернулся к лагерю за огнемётом. Им-то, работая с минимальной подачей, он полянку и сжёг, аккуратно обуглив весь непростой организм, больше растение, чем животное. Его напарник, предупреждённый по радио, принёс хорошую штыковую лопату, которой и расковырял стеблисто-щупальцевые путы вокруг ног товарищей, а потом всех троих пострадавших ещё и транспортировать пришлось в обнимочку, поддерживая. Хорошо, что помощник - крепкий мужик - удержал двоих, шипящих от боли недоеденных.

Осторожных, постоянно внимательных к окружающему миру емлян в их команде больше не оказалось, - их вообще распределили по одному на группу. А остальные ребята прибыли сюда из цивилизованных миров, и искренне уверены, что бояться здесь нужно только зубастых тварей, которые будут бросаться на них обязательно с громким рычанием, как в фильмах.

А потом, как добрались до укрытия, началось самое больнючее - отсоединение от кожи полуразеденной ткани скафандров. Тут явно поработала не кислота и не щёлочь, а нечто хитрое органическое, правда, растворимое в воде. Забавно было смотреть, как мокрой тряпочкой смываются ошмётки прочной ткани, стойкой к целому набору агрессивных сред. Хорошо хоть никакого токсина в этом соке не содержалось. Зато шестьдесят процентов команды на неделю превратились в обожженных с ограниченной подвижностью - ну, куда их выпустишь без штанов? Все ноги намазаны мазью, и даже повязку на них наложить рука не поднимается. Хорошо хоть девчат в команде нет, а то ведь срам тоже пострадал.

Так что Вир с единственным помощником занимались расстановкой следящей аппаратуры, выпускали исследовательские роботы и изучали местность собственными силами. А удивительного тут нашлось много.

Итак - равнина, напитанная водой настолько, что сильнее мокрым может быть только болото. Хотя - кто знает? Ни водных гладей, ни трясин здесь просто нет. Наилучшим пояснением того, что представляет собой здешний грунт, будет, пожалуй, модель с осокой, настолько плотно растущей, что, вместе с перевившими её ползучими растениями представляет собой многометровый сплошной ковёр, настолько плотный, что держит человека, не проминаясь. Даже ходить нетрудно - пружинит слегка, и всё. Но в первый день, когда товарищи попали в западню, они этого ещё не знали. Думали, что идут по грунту, покрытому травой.

Растущие здесь деревья имеют множество корней, опущенных с веток вниз через трёх-четырёхметровый воздушный промежуток, и не только позволяют свободно расхаживать под сплошной, похожей на огромное толстое полотнище кроной, а еще и не слишком заслоняют обзор, позволяя видеть на десятки метров. Настоящих стволов у здешних деревьев нет. От нижнего яруса ветвей сучья поднимаются наклонно вверх, переплетаясь и закрывая своей листвой путь свету, отчего трава внизу гибнет, гниёт и обеспечивает полноценное питание этим огромным по площади растениям, имеющим вид древнегреческих портиков, на колоннадах которых держится крыша.

Кроны соседних деревьев смыкаются, оставляя иногда открытые полянки, где и таятся в засаде растения-охотники. А животный мир, представленный ящерицами, лягушками и змеями, населяет ветви, где занимается поеданием листьев и друг друга. Насекомых тут немного, скорее всего из-за того, что их очень быстро кушают. Наземную же живность ограничивают в численности ловушки-лужайки. Без скафандров и огнемётов этим проглотам невозможно противостоять.

В общем очень тихое, спокойное местечко, где, устроившись на ветвях нижнего яруса, можно жить припеваючи, если не позволить никому тобой подкрепиться.

Так вот. Когда недоеденные поправились, старший группы очень удивился, услышав от Вира вопрос: "Что делать"? Лидерство в незнакомых условиях оказалось не в радость начальнику партии, и было мгновенно передано фактическому руководителю - Виру. Первый карьерный шаг бывший адмирал сделал без промедления, считай - в день высадки на обследуемый участок.

Вызвать вертолет для переезда на окружающие Сельву Кутубы горы не удалось. Винтокрылов на Капусте пока недостаточно и они как раз сейчас развозят группы в приполярной полосе. Да и двадцать пять километров пешком - это не так уж много. Так что навьючили на себя бивачный скарб, аппаратуру и отправились на запад. Ходить по этим местам уже научились все. Тут надо правильно угадать, чтобы ни по гнили затенённых участков, ни по лужайкам полянок не идти, а пробираться между корней деревьев там, куда ещё проникает достаточно света. Это несложно, когда изучил, как тут что от чего зависит и понимаешь этот лес, который в то же время степь, хотя на самом деле болото. Да еще и радиомаячки заранее расставлены заботливым командиром во время предварительного облёта маршрута.

Денёк поишачили под тюками, а когда местность стала подниматься в гору - датчики дружно указали на множественные подвижные объекты справа. Сбросили на землю груз и взялись за оружие. Тут совсем другой лес пошел - густые непрозрачные кустарники между редких чахлых с виду, но крупных деревьев, напоминающих пальмы. Хотя между этими зарослями остались широкие полосы, поросшие только ветвистой травой, напоминающей перекатиполе.

Так вот, группа, которую засекли приборы, затаилась в кустарнике, и перестала отмечаться аппаратурой. Послали туда мобильный манипулятор и с его камер разглядели стайку симпатичных крепких коренастых динозавриков, наблюдающих за людьми. Заниматься натурализмом сегодня уже было некогда - дело к вечеру и хочется добраться до запланированного места, так что дали команду отпалить полдесятка петард. Испуганные резкими хлопками, охотники убежали, а то уже совсем было собрались им машинку покусать, твари!

Мобильным манипуляторам в этих местах дела нужно поручать с большой вдумчивостью. Очень уж много здесь факторов, не учтённых программистами и в первую очередь, характеристики пространства и опорных поверхностей. Среди ветвей и травы, на кочках, топях или на слое гниющей органики механизмы просто теряются. Люди всё-таки адаптивней. Так что ручная работа, обеспеченная хорошим инструментом - наилучший способ достигнуть поставленной цели. А при перемещении это, конечно, работа для ног. Так что, пока добрались до гольца, да на него вскарабкались, утопались.

Установили шатёр-укрытие, закрепив его за грунт через анкеры, окружились датчиками и переночевали. Тут на твёрдой земле совсем не то, что в сельве - никакого тебе покою. Раз двадцать пришлось отгонять стрельбой разных тварей, что пытались под покровом темноты подобраться к лагерю. Тканевые стенки не от любых зубов спасут, а некоторые туши, так и вообще могут всё растоптать и сплющить. К утру все дружно не выспались, какая уж тут работа!

Прежде, чем разбираться с задачами изучения местности, требовалось обеспечить безопасность во время отдыха. Постройка деревянного блокгауза, конечно, может сильно помочь, но дело это трудоёмкое - брёвна ведь таскать придётся на себе. Причём по сценарию: двое несут - трое отстреливаются. В этих местах хищники, похоже, бросаются на всё, что движется, учитывая при оценке своих шансов на успех только размер предполагаемой жертвы. То есть - совсем дикие места, по сравнению с которыми мир млекопитающих Тыквы вспоминается просто как средоточие интеллекта.

Итак, деревянная постройка - это раз. А ещё пещеру можно найти, тогда останется только вход в неё загородить - всяко меньше тяжести таскать. Сами-то эти горы изобилуют массивами известняка и мела, а в этой породе частенько образуются всякие углубления, промытые водой.

Пристойных пещер в ближайших окрестностях не отыскалась, зато внимательный осмотр скал и иных выходов сплошных массивов однозначно указали на то, что попали они в царство гипса. Собственно, кроме него тут встречались ещё разные минеральные загрязнители, приводящие к тому, что из-за песка или глины, скорее всего, принесенных ветром или лапами зверья, окраска глыб, стен или склонов встречалась любая.

Гипс - не слишком твёрдый минерал, но выбирать в нём пустоту геологическим молотком или альпенштоком - дело утомительное. Парни покумекали, а потом переделали бур для отбора проб для перфорации массива и сообразили, как ловчее отковыривать обсверленный кусок. В общем, за первые сутки они сумели извлечь из облюбованной стенки только два кубометра, а на вторые уже десять. К исходу третьих суток работы их герметичная палатка вместе со шлюзом уверенно разместилась в искусственном гроте с узким, перекрытым прочной деревянной дверью входом. Наконец-то отдохнули по-человечески, с наслаждением игнорируя передаваемые наружной камерой наблюдения изображения ящеров, расхаживающих в поле зрения.